Личность Листа охарактеризована Одоевским в 1858 году в краткой, но обобщающей формуле: «В истории музыки мы имеем лишь три примера [...] дивной организации: Моцарт, Лист и Глинка». Лист производил на Одоевского сильнейшее впечатление жизненной силой своего исполнительского дарования, «непроизвольными» или, как он говорил, «незаготовленными порывами» чувства. Дневниковые записи Одоевского, относящиеся к пребыванию его в Веймаре в 1857 году, представляют собой беглые и не вполне оформленные суждения о творчестве Листа. Они свидетельствуют о живейшем интересе и пристальном внимании Одоевского к композиторской и дирижерской деятельности выдающегося музыканта.

Необычайно полно и содержательно отозвался Одоевский на творчество Вагнера. Три статьи, посвященные московским выступлениям композитора, дополненные другими высказываниями, дают в целом довольно стройную картину взглядов, представляющих собой первую попытку русского музыканта осмыслить творческие принципы крупнейшего немецкого композитора.

Через несколько лет Одоевский обращается к «Тристану» и после проигрывания оперы отмечает в дневнике (5 октября 1866 года): «Как ни уважаю его [Вагнера], но злоупотребление диссонансами ведет его к монотонии».

И здесь вновь нельзя не подивиться зоркости и вместе с тем последовательности Одоевского, почти на тридцать лет опередившего аналогичное наблюдение Римского-Корсакова: «Вагнер[...]  забыл простоту и сдержанность и, применяя только роскошь и щедрость, лишил себя могущественных художественных средств разнообразия и противоположностей. Почти исключительное применение изысканного стиля вызывает монотонию роскоши и возбужденности».

Одоевский критиковал «Тристана» с прогрессивных эстетических позиций. Он ясно отдавал себе отчет в том, что утомительные, хроматически изощренные «тристановские» гармонии таят в себе опасность, грозящую распадом ладотональности. Именно об этой «разрушительной» тенденции, особенно усилившейся в конце столетия, писал С. Танеев: «Наша тональная система[...] теперь перерождается в новую систему, которая стремится к уничтожению тональности и замене диатонической основы гармонии хроматическою, а разрушение тональности ведет к разложению музыкальной формы».

Как показал дальнейший ход развития западноевропейской музыки, Одоевский имел все основания для того, чтобы со всей решительностью осудить эту тенденцию. Да и сам Вагнер не случайно после «Тристана» создал «Мейстерзингеров» с их ярко выраженной устойчивой диатонической основой.

На иллюстрации: Владимир Федорович Одоевский