Вопрос о тех пределах, в которых церковь может позволять себе идти на компромиссы с наукой, служит предметом расхождений и споров среди самих служителей бога.

Даже в католической церкви, где казалось бы все должно решаться определением папы, имеются различные точки зрения. Несмотря на то что сам папа нередко позволяет себе весьма «либеральные» высказывания, католическим писателям все же приходится быть очень осторожными, чтобы не подвергнуться осуждению со стороны Ватикана. Даже такой известный представитель философии томизма, как Жак Маритен, подвергся репрессии: его книга «Интегральный гуманизм» была внесена в папский «Индекс» запрещенных книг. Такая же судьба постигла сразу четыре работы католического философа Анри Дюмерн, в том числе капитальный двухтомный труд «Философия религии»; в июне 1958 года они были внесены в «Индекс», причем мотивировкой запрещения явилось то, что автор якобы исповедует «интегральный модернизм». В статье «Оссерваторе Романо», комментирующей это решение, категорически заявляется, что «всякая философия, которая не вдохновляется непосредственно схоластикой, и прежде всего философией святого Фомы Аквинского, плоха и может привести только к плохой теологии».
Вас заботит фигура и собственное здоровье, а поход к холодильнику превращается в испытание внутренней стойкости к соблазнам? Обратите свое внимание на здоровое питание для похудения, впрочем, вернемся к нашей статье.
В этих условиях понятно, почему Марсель Рединг, поскольку он хочет найти какие-то точки соприкосновения между своим мировоззрением и наычным подходом, вынужден апеллировать прямо к Фоме Аквинскому. Приступая в декабре 1952 года к работе на кафедре теологии Грацского университета, он произнес речь на тему «Фома Аквинский и Карл Маркс»; основной идеей этой речи было то, что между мировоззрением Маркса и Фомы имеется якобы много общего. Не будем останавливаться на разборе аргументации этого диковинного тезиса, достаточно сказать, что в ее основе лежит соображение о том, что «Фома Аквинский и Карл Маркс были гениальными и оригинальными аристотеликами».

С риском быть дезавуированным папскими блюстителями ортодоксии Рединг ищет пути «сближения» марксизма с католицизмом, в частности по общефилософским вопросам, связанным с достижениями естествознания.

Католический теолог обнаруживает трогательную заботу о том, чтобы марксистская философия не застывала в «догматизме». Вторая часть его книги «Политический атеизм» носит характерное и выразительное название: «Необходимость ревизии и дальнейшего развития марксова учения об идеологии». Рединг настолько предупредителен, что даже указывает марксизму то направление, в котором он должен «прогрессировать»: прямехонько к религии и к теологии... А что касается противоположности между материалистическим и религиозным мировоззрением, то не извольте беспокоиться — это даже не противоположность. «Прежде всего еще вопрос, противоречат ли вообще друг другу материализм и вера в бога. Первые натурфилософы Демокрит и Эпикур были материалистами и все же верили в бога. Равным образом стоики, а также Тертуллиан представляли себе бога в материалистическом духе». Все дело, мол, в том, как трактовать материализм. Во всяком случае, «идея творения совместима с предположением как о конечной в пространстве и времени вселенной, так и о бесконечной», а «атрибут бесконечно существующей и развивающейся материи не противоречит ни идее бога, ни идее творения».

Пожалуй, нет смысла вступать здесь в полемику по этим вопросам, ибо речь идет об азбучных истинах. Ограничимся хотя бы указанием на ту бессмыслицу, которая получается у теолога, когда он утверждает возможность одновременной веры в сотворенность мира и в его вечность. Нужно ли, в самом деле, иметь такие высокие ученые степени и звания, какими облечен Марсель Рединг, чтобы понимать простую истину: если материя существует вечно, то, значит, она никогда не была сотворена!

Современное богословие и наука И. А. Крывелев