Сегодня многие христианские конфессии пытаются отгородиться от гонений на ученых. Будучи не прочь возложить друг на друга историческую ответственность за самые позорные страницы истории религии, представители различных христианских вероисповеданий прибегают иногда и к круговой поруке, пытаясь выгородить друг друга, чтобы этим по возможности обелить религию в целом.

Так, протестант Эмиль Бруннер не упускает случая обвинить не только «ограниченность теологов» (католических, разумеется), но и «цинический натурализм» естествоиспытателей, которые «делали из новых теорий прямые материалистические выводы, пугавшие теологов». Бедные боязливые теологи, их так обижали эти ужасные ученые, смевшие делать материалистические выводы из естественнонаучных открытий! Оказывается, не церковь применяла меры террористического подавления науки, а наоборот, наука так пугала церковников, что те бывали вынуждены сжигать на кострах террористов-ученых... Это, кажется, и называется «история дыбом».

В крайнем случае можно даже пойти на то, чтобы возложить ответственность за «конфликты» и на отдельных представителей церковного лагеря. Сартон, например, строго журит «неразумных, грубых и слишком усердных» теологов XVI века. Именно им он вменяет в вину, что религиозные войны этого периода изобиловали примерами столь страшных жестокостей. Сравнивая теологов с солдатами того времени, Сартон отдает предпочтение последним на том основании, что они, будучи достаточно грубыми, могли все же временами проявлять милосердие, а теологи рассматривали «терпимость и милосердие как род измены». Исторической репутацией отдельных своих коллег можно пожертвовать, лишь бы сохранить возможность отстаивать более существенный тезис — об отсутствии противоречий между наукой и религией. Если, мол, и происходили между ними в прошлом кое-какие столкновения, то они были случайными, их можно было избежать. А борьбы между религией и наукой вообще никогда не было...
Думаете махнуть подальше на отдых? Как насчет Словении? Несомненно, туры в Словению заинтересуют российского туриста по соотношению цена/качество, а туристическая индустрия в этой стране далеко продвинулась в последние годы, впрочем, вернемся к нашей статье.
Ч. Генри идет в этом направлении еще дальше и утверждает, что современная наука даже возникла из религии — и именно из христианской религии. Он аргументирует это недоказуемое положение следующим непревзойденным образцом софистики: «Христианская религия, относящая действительность как целое к высшему, рациональному, суверенному принципу толкования, исторически явилась источником научной уверенности в единстве универсума. Христианство создало ту атмосферу убежденности, которая стимулировала подъем науки и затем руководила ее ростом. Наука возникла на Западе, не на Востоке. Кроме того, она возникла из христианского взгляда на природу, а не из греческой философии». Здесь что ни фраза, то насилие над историей. Действительность как целое, «подлежащее окончательному рациональному принципу объяснения», рассматривала именно греческая философия, которая в лице даже самых ранних своих представителей — милетцев — искала единое первоначало мира. «Христианство создало атмосферу убежденности» не в правоте науки и не в силе человеческого разума, а в необходимости беспрекословной и бездумной веры, основанной на авторитете церкви. Наука возникла первоначально именно на Востоке, а не на Западе. А основные положения современной науки были сформулированы и защищены в борьбе против «христианского взгляда на природу», и в них нашли свое подтверждение и продолжение лучшие научные традиции древнегреческой философии. Все наоборот!

Не удается церковникам выгородить своих предшественников, оставивших такой страшный след в истории науки и культуры. Они это делают, правда, довольно неуклюже, но совсем не по недостатку ловкости, а из-за того, что уж очень убедителен тот обвинительный акт, который предъявлен историей инквизиторам человеческой мысли,

И отнюдь не более удачными оказываются систематические упражнения современных богословов в безнадежном деле «примирения» религиозно-идеалистического мировоззрения с данными современного естествознания. Основное направление такого рода упражнений — извращение этих данных, фальсификация великих достижений человеческого разума нашего времени.

Современное богословие и наука И. А. Крывелев