С особой силой проявляются в живописи Новгорода особая ее народная фольклорность, вкус к сильным тонам, проявляется контрастность цветовых соотношений.

Такова икона Богоматери с младенцем конца XV века. Лица написаны плотной, сильно разбеленной охрой, на щеках - легкие румяна. Зеленые с резкими высветлениями чепец и хитон Марии, лилово-коричневый мафорий, обведенный золотистой каймой, розовая изнанка с киноварно-красными „тенями" в сочетании дают праздничную гамму. Ее завершает покрытый красным узором белый хитон младенца-мотив, в котором как бы выразилось народное понимание красоты. „...Нигде в мире нет такого радостного и веселого религиозного сознания, такого веселого церковного искусства", - словно об этом образе писал академик Д. С. Лихачев. Эта икона исполнена, скорее всего, в самом Новгороде.

Жизнь провинции значительно отличалась от той, что кипела в Новгороде, и это накладывало заметный отпечаток на образы икон, создававшихся в Каргополе в XV-XVI веках. Икона „Параскева Пятница" XV века, по всей вероятности, написана уже на Каргопольской земле.

Параскеву в народе чтили особо: верили, что приносит она благополучие дому, урожай полю, приплод скоту, покровительствует путникам и торговым людям.

В иконе нет ничего натуралистически случайного: контур фигуры, облаченной в красное, монументален, спрямлены складки одежды, лицо отрешенное, не тронутое мимолетными душевными переживаниями. Голова написана объемно, плотной охрой с мягкими высветлениями. Все это говорит о пока что сильных новгородских традициях. Немного отвлечемся и вспомним о развитии технологий уже в нашем веке. Интересно было бы наблюдать древних мастеров, владей они современными графическими программами, различными способами объединения двух ПК в сеть (для совместной работы) и прочими новшествами. Впрочем, вернемся к нашей статье. Икона „Никола" (XVI в.) принадлежит, видимо, кисти новгородского мастера, жившего в Каргополье. Контрастно и резко проложены по коричнево-красной фелони светло-голубые пробелы, их смелый и точный рисунок выдает искусную работу. Лицо моделировано мягче, сильными пробелами тронуты волосы и борода.

Церкви Лядинского погоста были настоящей сокровищницей древнерусской живописи. Здесь сохранились замечательные памятники иконописи XVI столетия, принадлежавшие кисти каргопольских мастеров. В лядинских „Николе" и „Флоре и Лавре" запечатлелся оттенок наивного простодушия и искренности, так характерный для провинциальных произведений. Изображенные на них святые - приземистые и коренастые, с грубоватыми чертами лица. Рисунок фигур обобщен, а то и предельно прост, чистые краски положены большими плоскостями.

Простотой композиции, величавой тяжеловесностью форм, четким и ясным силуэтом отмечен рисунок царских врат. Изображенные на них апостолы и евангелисты - величавые, с простонародными лицами люди, напоминающие самих северян. Цветовой строй врат созвучен неяркой и суровой природе Каргопольского края. Он построен на сочетании тускловатых и глухих охристого, красного и зеленого тонов с холодновато-белыми оживками.