Чтобы увидеть Тая Соларина, директора школы-интерната «Мэйфлауэр», нам пришлось совершить небольшую поездку: «Мэйфлауэр» находится за городком Икене, милях в пятидесяти от Лагоса. У школы своя плантация цитрусовых, большой участок под ананасами, какаовые деревья, кокосовые и масличные пальмы, земля под ямсом, бататами, маниокой, огороды, молочная и свиная фермы, крольчатник и птичник. На этом небольшом, но высокопродуктивном хозяйстве держится интернат — ведь надо кормить учеников, преподавателей, обслуживающий персонал. Последний невелик, почти все работы выполняют ученики под руководством старого агронома Ганса. Даже во время каникул — а мы попали в «Мэйфлауэр» как раз в каникулярное время — несколько учеников остаются в интернате для ухода за животными. Агроном утверждает, что всеми победами, одержанными на разных сельхозвыставках, «Мэйфлауэр» обязан компосту. У школы — свои сельскохозяйственные машины, трактор и грузовик, а вход в бомбоубежище прикрывают бронедвери. Нам понадобилось полдня, чтобы бегло, поверхностно ознакомиться со школой: классами, рекреационным залом, администрацией, фермами, зоо-уголком, мастерскими, ямами с компостом. Жилые помещения кишат ящерицами: серыми самочками и ярко расцвеченными самцами — черная блестящая спинка, киноварные голова и хвост. Соларин называет ящериц «неоценимыми помощниками»: никакой подметальщик не сравнится с ящерицей — та своим острым, быстрым язычком подберет каждую соринку, крошку и табачинку, слизнет и окурок.

Маленькие кладовки при дортуаре старшеклассников набиты светильниками. Ребята изготовляют их из разных материалов, чтобы заниматься ночью, когда выключают свет. И хотя намерения у них самые благородные, светильники безжалостно конфискуются — ночью надо спать.

После вкусного обеда мы сидели в старых шезлонгах почти в тесном соприкосновении с землей и беседовали о судьбе и перспективах «Мэйфлауэра». Разговор зашел о правилах духовной свободы, принятых в стенах школы.